Елочные игрушки

Первый раз в жизни когда я убирала елочные игрушки пришло чувство, что я упаковываю счастье от зимнего праздника, ощущение беспечной радости до следующего года. Большие стеклянные золотые, парчовые, хрупкие лиловые шары, блестящая пушитая мишура, таинственно мерцавшая в полутьме и послушно укутывавшая ветви рождественской елки аккуратно сложены в большие и маленькие картонные коробки, крепко перевязаны тканяной лентой и унесены на чердак, под самую крышу. А вместе с ними, в загадочных бликах заботливо упаковано удивительное сказочное настроение

Осеннее

Остановись, мгновенье!

Ты не столь прекрасно,

сколько ты неповторимо.

Я заметила, что очень редко воспринимаю осень, как самостоятельную пору года. Так только, наверное, сентябрь. Когда же начинаются первые легкие заморозки по ночам, от которых опадает листва с кленов и рябины, с каждым вдохом ощущается неумолимое ожидание зимы

Ноги мерзнут уже, несмотря на шерстяные носочки, и тонут в шуршащей листве, лес становится все тоньше, воздушнее, легче и светлей. И все тише и тише. Все более резкими кажутся редкие вскрики птиц и отлетливыми скрипы старых деревьев. Наверное, Туу Тикки уже разводит где-то свой большой костер и скоро заведет осенню песню

Наступает время, когда хочется носить красные сапожки и, приходя домой, пить горячее какао с корицей и имбирем, откусывая от ароматной шарлотки из самых самых осенних яблок. Нужно поторопиться и собрать еще немного листьев, чтобы засушить их, и к Рождеству покрасить золотой и серебрянной красками, а потом развесить гирлядами. Еще несколько таких ночей, и деревья облетят полностью. Они уже засыпают

Ожидание зимы так похоже на ожидание праздника

Когда уходит любовь, люди говорят о справедливости

«Бог есть любовь, но Бог не есть равенство. Равенство изгнало бы и справедливость, и любовь, изгнало бы и нравственность. Любит ли муж жену за равенство? И мать любит ли своего ребенка за равенство? Разве друзья любят друг друга за равенство?

Неравенство - основа справедливости и побудитель любви. Пока живет любовь, никто не вспоминает о равенстве. Пока царит справедливость, никто не думает о равенстве.

Когда уходит любовь, люди говорят о справедливости и подразумевают равенство. Когда за любовью уходит и справедливость, начинают говорить о равенстве и подразумевают безнравственность, то есть изгнанную нравственность подменяют порочностью.»

Святитель Николай Сербский

* * *

Порой мне становится страшно и очень грустно от того, насколько хрупка и недолговечна жизнь, от того, как ужасающе легко и просто умереть.

Я чувствую себя крохотной снежинкой, когда в такой туманный поздний вечер, такой, что не
видно верхушек деревьей, такой, что старые фонари своим оранжево-рыжим светом не в силах пробиться сквозь густой, как сметана, воздух, когда вся жизнь города как будто погружается под воду, и все звуки неумолимо гаснут в этом мраке, несу свою жизнь в тонюсеньких прозрачно-голубых ниточках на запястьях. Эти ниточки так легко оборвать. Достаточно одного неверного движения, которые я так слишком часто совершаю. Я несу неверный огонечек жизни в усталых серосвинцовых глазах, отражающих северное небо. Достаточно одного сильного порыва ветра, чтобы его затушить.

Каждое мгновение жизни срывается с секундной стрелки, и тут же каменеет и становится
вечностью, невозвратно уходя. Казалось бы, вот оно - это самое сейчас, оно в руках, оно живое, мягкое и податливое, но сразу ускользает, и больше ничего не изменить, не исправить, не вернуть.
Ничего.

Так страшно не успеть выполнить свой долг в подлунном мире, страшно не успеть завершить
свое дело. Но еще страшнее, когда нет ничего такого, что стоило бы завершать, когда нет ничего такого, что можно было бы оставить после себя, уйдя в вечность.

"В Рождество все немного волхвы"

24 ДЕКАБРЯ 1971 ГОДА
V.S
В Рождество все немного волхвы.
В продовольственных слякоть и давка.
Из-за банки кофейной халвы
производит осаду прилавка
грудой свертков навьюченный люд:
каждый сам себе царь и верблюд.

Сетки, сумки, авоськи, кульки,
шапки, галстуки, сбитые набок.
Запах водки, хвои и трески,
мандаринов, корицы и яблок.
Хаос лиц, и не видно тропы
в Вифлеем из-за снежной крупы.

И разносчики скромных даров
в транспорт прыгают, ломятся в двери,
исчезают в провалах дворов,
даже зная, что пусто в пещере:
ни животных, ни яслей, ни Той,
над Которою — нимб золотой.

Пустота. Но при мысли о ней
видишь вдруг как бы свет ниоткуда.
Знал бы Ирод, что чем он сильней,
тем верней, неизбежнее чудо.
Постоянство такого родства —
основной механизм Рождества.

То и празднуют нынче везде,
что Его приближенье, сдвигая
все столы. Не потребность в звезде
пусть еще, но уж воля благая в
человеках видна издали,
и костры пастухи разожгли.

Валит снег; не дымят, но трубят
трубы кровель. Все лица, как пятна.
Ирод пьет. Бабы прячут ребят.
Кто грядет — никому непонятно:
мы не знаем примет, и сердца
могут вдруг не признать пришлеца.

Но, когда на дверном сквозняке
из тумана ночного густого
возникает фигура в платке,
и Младенца, и Духа Святого
ощущаешь в себе без стыда;
смотришь в небо и видишь — звезда.

И.Бродский

Когда я вижу тебя

---

Нет никого, кроме тебя.
Но и нежность твоя согревает только между двумя разбегающимися векторами. И только несколько мгновений. Но все равно это сильнее меня.

---

Я чувствую жизненную необходимость знать,
слушать и ощущать, что есть тот, кто любит меня.
Потому что только так понимаю, что могу любить,
что могу быть любима,
и, самое главное,
что я достойна любви и имею право на нее.

---

Когда тебя нет дома, я начинаю скучать еще сильнее и ждать, когда же ты вернешься домой.
Я не могу лечь спать и уснуть - зачем-то нужно ждать тебя.
Будто бы ты вернешься ко мне домой

---

"Ты, кажется, читаешь теперь только затем, чтобы находить что-нибудь насчет себя и меня. Впрочем, все женщины так читают." Иван Бунин 

Когда мне удалось найти книжных персонажей, похожих на нас с тобой,
она вскрыла себе вены. Я слишком много думаю, правда?


Помнишь? Когда-то я хотела написать книгу, в которой ты всегда был бы со мной,
в которой бы с нами было бы все хорошо,
в которой я бы не говорила и не делала глупостей,
в которой на самом деле весь мир и все пути были бы для нас, все города и все моря.
Помнишь?

---

"Когда при расставании я желаю тебе счастья,
 я желаю, чтобы ты вернулся ко мне." Энджи Уайт

Я могу перестать ждать от тебя вестей,
могу перестать вздрагивать от каждого звонка.
Я уже перестала ждать того момента,
когда все вдруг изменится,
и ты вернешься ко мне.
Но ничто не может убить то чувство,
когда я вижу тебя.

---

Воспоминания

"Хуже всего, когда ты умом понимаешь, что больше не можешь дружить с человеком"
Э. Хэмингуэй



Когда понимаешь, что кто-то очень близкий и очень дорогой безнадежно потерян, чувствуются немного усталость, значительно больше - осень, и грусть. Даже не грусть, но тихое недоумение - так много осталось воспоминаний. Не моих воспоминаний, вот в чем дело

Так много осталось мыслей, надежд, наблюдений, тайн. Его тайн, и до этого времени они поверялись только мне. Все сказанные слова и сейчас живут своей какой-то непонятной жизнью, они приходят ко мне в полудреме, ласкаются едва ощутимым ночным ветром, отражаются, а может и тонут, солнечными бликами в черных зрачках, или напоминают о себе поясом Венеры в ясный, тихий вечер

Скажите, что, что мне делать с этими воспоминаниями? Они настолько личные, что я боюсь неосторожно обойтись с ними, переставить порядок событий в помяти или перепутать имена. Это хрупкий отпечаток целого мира, бесконечно глубокого, который остался со мной. Это, порой кажется, гладко черный, опаленный, но чудом уцелевший маленький осколок метеорита, и он, найденный в самом сердце безжизненной пустыни, говорит о бескрайности вселенной, о других мирах, отражающихся друг в друге, о бесчисленных плеядах звезд, движущихся в вечном танце жизни и зовущих меня. Он заставляет тосковать и искать встречи с его такой далекой, и такой недостижимой родиной, таящейся в глубине времен и световых лет

А порой эти воспоминания как ворох легких, разноцветых листьев, которые сильный и безжалостный ветер поднимает до самого по-осеннему утомленного неба, а потом бесшумным фейерверком рассыпает и разносит по всем переулкам моего торопливого города, набирает полные пригорышни листьев-монеток и разбрасывает их как можно выше и дальше, обрывает все листья-письма и путает страницы, а наигравшись, улетает прочь

Но в другой раз кажется, что это не легкомысленные листья вовсе, а тяжеловесные раковины экзотических моллюсков - жителей южных морей. Все они привезены путешествеником в родную северную, несолнечную страну и бережно хранятся в крепком сундучке. Гладкая, отполированная поверхность каждой ракушки хранит свою особенную историю, помнит жар экваториального солнца, прохладу хрустальной голубоватой глубины тропического родного моря, неумолчный шум прибоя, белый влажный песок по утрам на длинных узких пляжах и капельки росы на развесистых листьях, ленивые и разморенные желтые полудни, алые и безмятежные, как мечта, закаты

Я знаю, что есть такой человек, которому будет открыт этот мир, оставивший мне такие воспоминания, вселенная, скрытая в темноволосой голове. А со мной остается только этот отблеск, который, боюсь, с течением времени растает, как легкое дыхание морозным утром
Остаюсь ли я одинокой? Сейчас кажется, что да
"Он почувствовал себя одиноким, но тут же понял, как обогащает его такое одиночество" А. де Сент-Экзюпери